ДОЖДЬ
День был, вроде, такой как всегда.
Шёл дождь. Но менялись листва и вода.
И всё, что давно окружало нас,
Вдруг стало новей и милее для глаз...
Дополнительная информация
- Автор Оксана Рачкулик
- Профиль автора в ВК Оксана Рачкулик
День был, вроде, такой как всегда.
Шёл дождь. Но менялись листва и вода.
И всё, что давно окружало нас,
Вдруг стало новей и милее для глаз...
Не корите свою любовь
За разлуку и за ошибки.
Берегите ее, вновь и вновь
Собирая в душе улыбки...
Не обязательно быть многословным,
Чтобы услышали слова твои.
Не надо строить аллегорий,
Чтобы быть понятым...
Лететь хотели в небеса ракеты,
А мы не знали,- нам сказали телеленты,
А я все думал о тебе, и где ты,
Смотрел на небесах к нам близкие планеты! ...
Ведь для счастья немного нужно.
Всё рыдал в кулачок натужно.
Отбывал свою жизнь как службу.
А теперь даже в мыслях нет...
Однажды явился как ангел с небес,
Как будто сбежал из других миров.
И мог сотворить не мало чудес
Для неё он на многое был готов...
Люблю её я тихие дворы
И узкие люблю я переулки.
Здесь очень редко шум бывает гулким,
Здесь не увидишь нервной суеты...
Сторонка ты моя родная!
Земля Иркутская моя!
Нет для меня милее края!
И как же я люблю тебя!...
Любовь-какое же громкое слово.
Оно открывает нам счастья пороги.
Оно дарит нам очень сладкие чувства.
Оно в этой жизни за нами идет...
Давно сказать тебе хотела,
Но все стеснялась, как назло.
Я лишь во снах к тебе летела,
А в жизни мне все не везло...
Мне больно одной,
Без поддержки близких друзей,
Мне важнее сейчас доброе слово
Добрых людей...
Надо мной небеса неестественно темного цвета,
Я от мира шла стороной, я плевала на все запреты,
Чтобы только смотреть, рисовать это все и слушать,
Пострашней, чем у Гоголя, я взирала на мертвые души.
Я платила частицей, я посмела распоряжаться,
Бог прости, рассчитаюсь на этой станции.
Почему когда я погибала, а потом воскресала ради ...?
Меня обвиняли в любви, те, кто ее растратил.. кстати.
Твое имя - как крест, до конца как молитву и как проклятье,
Перед Господом прямо сложу, перед всей Его ангельской ратью.
Я его берегу под сердцем, да получше чем херувимы - небесные семь печатей,
Я от этого не отрекусь, даже в самый ненастный час на закате.
Только вновь небеса неестественно темного цвета,
Я еще не закончила, заражаясь слепящим… но серым бредом.